Драматический театр в Новгороде имеет долгую историю, восходящую к первой половине XIX века. В 1914 году для театра [выделяется место] прямо в Кремле, рядом с Софийским собором (теперь там помещается Областная филармония). Зал тогда вмещал 700 человек.

В 1967 году население Новгорода превысило 100 тысяч человек. По советским нормам того времени таким городам полагалось новое театральное здание с современным оборудованием. В рамках генерального плана развития Новгорода, утвержденного в 1968 году, на берегу Волхова, чуть ниже по течению от Кремля, был определено место для крупного общественного здания. В 1970 году было принято решение строить на этой площадке театр. Новое сооружение должно было войти в ансамбль города на равных условиях с древними памятниками, поэтому его расположение скорректировали с учетом видовых перспектив.

Анна Броновицкая

Российский архитектуровед, специалист по архитектуре советского модернизма

Драматический театр в Новгороде имеет долгую историю, восходящую к первой половине XIX века. В 1914 году для театра [выделяется место] прямо в Кремле, рядом с Софийским собором (теперь там помещается Областная филармония). Зал тогда вмещал 700 человек.

В 1967 году население Новгорода превысило 100 тысяч человек. По советским нормам того времени таким городам полагалось новое театральное здание с современным оборудованием. В рамках генерального плана развития Новгорода, утвержденного в 1968 году, на берегу Волхова, чуть ниже по течению от Кремля, был определено место для крупного общественного здания. В 1970 году было принято решение строить на этой площадке театр. Новое сооружение должно было войти в ансамбль города на равных условиях с древними памятниками, поэтому его расположение скорректировали с учетом видовых перспектив.

Во второй половине 1960 – начале 1970-х годов театральные здания во множестве строились по всему СССР: было запланировано 70 новых театров. Проектированием театров занимались два московских специализированных института: ЦНИЭП зрелищных зданий и сооружений и Гипротеатр. Пути развития театральной архитектуры в связи с новыми течениями в самом театральном искусстве стали предметом дискуссии, прошедшей в 1966 году в Центральном доме архитектора в Москве. Вместе с архитекторами в ней участвовали режиссеры и технологи театра. Прозвучали слова о том, что театр — это не объект массового строительства, что он должен быть архитектурным акцентом, которым город может гордиться; о том, что зал драматического театра не должен быть слишком большим, до 1000 мест, иначе страдает контакт со зрителем; обсуждались достоинства и недостатки разных типов сцены, причем традиционную колосниковую сцену многие называли устаревшей; говорилось о необходимости оснащения театров новейшим технологическим оборудованием.

В связи с темой градостроительной роли театра в формировании нового облика центров городов подчеркивалось: «В противовес монотонности жилой застройки архитекторы стремятся использовать контрастные средства повышенной объемно-планировочной выразительности, пластичности театральных зданий, стараются «раздвинуть» застройку, образовать свободное пространство, дистанцию, фон, поддерживающие и выделяющие театр. Усиливается яркость окружения театра, используются максимально выразительные средства: асимметричный строй планировки, неправильность границ, сложные очертания водоемов, боскетов, лестниц, террас, дорожек».

Все эти слова могут быть отнесены к Театру драмы в Великом Новгороде, спроектированному сотрудником Гипротеатра Владимиром Сомовым в начале 1970-х и достроенному в 1987 году. Здание, безусловно, задумано как мощный архитектурный акцент, контрастирующий с рядовой застройкой и составляющий ансамбль с памятниками архитектуры по берегам Волхова.

При зале на 850 мест здание обладает значительной кубатурой — главным образом, чтобы внушительно смотреться с реки. Оно распространяется наружу башнями, лестницами и пандусами, по которым автомобили могут заезжать прямо на сцену. В прошлом участок, выделявшийся специально спроектированным мощением, охватывал всю площадь вокруг театра, включая небольшой пологий амфитеатр — этот элемент, расширяющий возможности взаимодействия театра с городом, тоже неоднократно упоминался в дискуссиях о будущем театральной архитектуры. Первоначальную композицию дополнял еще один вертикальный элемент — скульптурная «витая» колонна, демонтированная в 2008 году.

«Странное», «инопланетное», «не вписывающееся в среду» – очень часто здание Театра драмы характеризуют именно так. Но менее ли странны София Новгородская или Георгиевский собор Юрьевского монастыря? Владимир Сомов стремился создать современную версию новгородской архитектуры. Арки на фасадах театра так же сильно вытянуты по вертикали, как прясла наружных стен Георгиевского собора. Сложный силуэт верха «разговаривает» через реку с тремя куполами на компактном четверике собора Рождества Богородицы, поднявшимся над широким гульбищем. Сам Сомов трактовал здание как «храм театра» — отсюда и симметрия, и четкая ориентация по оси восток-запад. Видимо, новгородские аллюзии были понятны и заказчику (городским властяим), отвергнувшему первый вариант проекта, как более подходящий «для Германии», но утвердившему второй, с арками.

Интерьеры театра еще более головокружительны, чем внешний облик. Арки, полуарки, круги и дуги повторяются тут повсюду, в трех измерениях. Пол-терраццо имеет тот же рисунок, что наружное мощение (на сегодняшний день утраченное), а потолок фойе и зала покрыт теми же объемными элементами, что и исчезнувшая колонна снаружи. Стены зала отделаны коричневыми прямоугольниками разных тонов, создающими оптическую иллюзию трехмерности.

Театр здесь — повсюду, а не только на сцене, но она, конечно, центр и сердце всего. Она трехчастная и охватывает крыльями ряды партера. Приведем слова автора: «Такая конструкция не только давала режиссеру возможность осуществить любую задумку, но и делала зрителей непосредственными участниками действа, так как половина зрительного зала сидела практически на сцене. Я придумал более 16 вариантов трансформации сцены: типовой вариант, когда используется только центральная часть; вариант с поворотными кругами даёт возможность показа действа в непрерывном движении; а вариант с выдвижными стенками задействует сразу две боковые сцены». Это была одна из самых передовых по оснащению сцен в СССР.

Сомов воспользовался всеми лазейками, которые давали пересматривавшиеся нормативы, следовал рекомендациям специалистов по «театру» будущего, заимствовал приемы у зарубежных коллег, но создал в итоге нечто абсолютно оригинальное и неповторимое. На просторах СССР по оригинальности архитектуры с ним могут сравниться немногие — назовем Театр на Таганке в Москве (Александр Анисимов, Юрий Гневдовский и др., 1972 — 1980) и Национальный театр оперы и балета в Вильнюсе (Эляна Бучюте, 1974).

Здание Театра драмы — главное произведение архитектора Сомова, и оно было рассчитано на триумф. Этого не произошло: слишком надолго затянулось строительство. Труппа переехала туда в разгар перестройки — время, плодотворное для творчества, но тяжелое для экономики. В условиях рынка содержать щедрые пространства высоких фойе оказалось очень тяжело. Здание понемногу пришло в упадок, и теперь новгородцам еще сложнее его полюбить. Зато ценители позднесоветской архитектуры от него в восторге, и их число быстро растет.

Процесс переоценки и реабилитации зданий второй половины XX века идет во всем мире. Архитектура позднего модернизма и раннего постмодернизма, пережив пик, или лучше сказать, яму непопулярности, завоевывает все больше поклонников. Ее каталогизируют и ставят на охрану — в Англии, например, сегодня в список охраняемого наследия входит уже порядка 600 зданий, построенных после Второй мировой войны. Театр драмы в Великом Новгороде сегодня также обладает потенциалом для того, чтобы стать притягательным общественным пространством и крупной туристической достопримечательностью.

вернуться